Традиционный русский Дед Мороз существенно отличается от своего западного коллеги Санта Клауса, прообразом которого стал почитаемый христианский святой Николай Чудотворец. Эту интересную особенность раскрыл известный искусствовед Валерий Ахунов, поделившись глубоким анализом культурологических аспектов любимого новогоднего персонажа.
В своем исследовании эксперт подчеркнул важный факт: на головном уборе Святого Николая традиционно изображались не только звезды, но и христианский крест, что подчеркивало его религиозное происхождение. В то же время русский Дед Мороз представляет собой уникальное явление, возникшее на стыке различных культурных традиций. Именно отсутствие формального церковного благословения стало причиной неоднозначного отношения РПЦ к этому сказочному персонажу.
Однако отношение церкви к доброму новогоднему волшебнику постепенно эволюционировало в позитивную сторону. Показательным стало высказывание Митрополита Сергия в 2000 году, который охарактеризовал Деда Мороза как естественное и позитивное развитие светской духовной традиции, подчеркнув его важную роль в формировании детских воспоминаний и культурного кода нации.
Значимым шагом в признании культурной ценности этого персонажа стала позиция архиепископа Вологодского и Великоустюжского Максимилиана, выразившего в 2001 году готовность поддержать масштабный национальный проект, связанный с Великим Устюгом как официальной резиденцией Деда Мороза.
Интересный поворот в дискуссии о роли новогоднего волшебника произошел в декабре, когда муфтий Москвы Ильдар Аляутдинов отклонил приглашение посетить резиденцию Деда Мороза в Великом Устюге, что вызвало общественный резонанс.
Ситуация получила дальнейшее развитие после критических замечаний члена президентского совета по правам человека Кирилла Кабанова. В ответ на это муфтий подчеркнул необходимость более глубокого понимания исламского богословия и предостерег от поспешных выводов, основанных лишь на поверхностном восприятии информации.
Ранее в своих выступлениях Ильдар Аляутдинов характеризовал Деда Мороза как художественный образ, лишенный сверхъестественных способностей. Эта позиция вызвала активное обсуждение в обществе, демонстрируя, насколько значимым является этот персонаж в современной российской культуре.
Источник: vm.ru
